Блог > Вклад: Раздражение – глобальная болезнь во времена антиглобальных движений

Раздражение – глобальная болезнь во времена антиглобальных движений

Воскресенье, 01 января 2017, 13:37:15 | Армин Книгге

Раздражение – глобальная болезнь во времена антиглобальных движений

"Конец мира, как мы его знаем"

«Власть идей, очевидно, кончилась, настала очередь возмущенных чувств...» (М. Горький, «Жизнь Клима Самгина»)



«В чем дело? Что носилось в воздухе? Жажда раздоров, придирчивость и раздражительность, возмутительная нетерпимость. Какая-то общая склонность к пререканиям, к вспышкам ярости, даже дракам. Ожесточенные споры, крикливые перебранки вспыхивали каждый день между отдельными людьми и целыми группами...»
Такими словами в романе «Волшебная гора» немецкого классика Томаса Манна описывается атмосфера в санатории для больных туберкулёзом, расположенном высоко в Альпах, как будто далеко от мирской суеты. Но на самом деле это внезапное вторжение крайне заразительной болезни агрессивных чувств среди мирных и благовоспитанных пациентов отражает надвигающуюся катастрофу мировой войны. Поединок двух протагонистов, гуманиста Сеттембрини и сторонника какого-то теократического коммунизма Нафты предвосхищает будущие столкновения мировых идеологий, религий и цивилизаций.

В Германии наших дней, в встревоженной атмосфере неожиданныx успехoв сторонников Brexit’a и избранного президента США Дональда Трампа, комментаторы неоднократно упоминали о приведенных словах в главе «Большая раздражительность» (Die grosse Gereiztheit) романа «Волшебная гора». Журнал «Шпигель» (30/2026) в статье „Apokalypse Now“ еще в июле объявил 2016 год «злейшим годом XXI века»: «Мы живем во времена шоков и кризисов, которые в своем усилении и убыстряющем следовании могут принять характер чего-то травматизирующего». Речь идет не только о большом количестве отдельных конфликтов,таких, как война в Сирии, исламистский террор, конфликт на Украине, волна беженцев и разногласия по этому поводу в Европе. Чувсто замешательства, ненадёжности вызывает прежде вего исчезновение ясных ориентиров в мировом порядке. Вместо двух «супердержав» советских времен появились разные претенденты на мировое или региональное господство, такие, как Китай, Индия, Иран, Саудовская Аравия и «вставшая с колен» Россия. Левoе и правое направление в политике оказываются ненадежными критериями различения. Антикапитализм давно пришел в правый лагерь националистов, и антиглобализм стал мировым и в этом смысле «глобальным» протестным движением. «Борьба левых против правых заменяется борьбой изоляционистов против интернационалистов», - пишет «Шпигель». Вызванное этой путаницей чувство беспокойства и небезопасности - одна из главных причин «ожесточенных споров и крикливых перебранок», которые, в гораздо большем размере, чем в уютном «Берггофе» Томаса Манна, происходят сегодня в политической жизни Европы. В Германии эта тенденция выражается в существенных изменениях партийного ландшафта и в заметном одичании нравов в общественных дискуссиях. В то время как так называемые народные партии ХДС и СДП теряют свои ведущие позиции, справа от них возникли протестное движение «Пегида» (Патриотические европейцы против исламизации Запада) и партия «Альтернатива для Германии». Своим возрастающим вниманием их сторонники обязаны прежде всего агрессивному тону их выступлений против «системы», т.е. правящих парламентов и правительств в Федерации и отдельных землях. В больщинстве немецких СМИ руководителей этих организаций называют в связи с крайне упрощенной картиной мира и аппеляцией к инстинктам своих следователей популистами. В ответ последние кричат на улицах «Пресса лжи!» и «Народ – это мы!». Репутация политиков в Германии давно очень плохая, что несправедливо ввиду довольно жесткого контроля ее деятельности законами и прессой по сравнению с другими государствами. Но в последнее время ситуация для многих политических деятелей сталa невыносимoй. В социальных медиях интернета размножаются пароли ничем не стесненной ненависти по отношению к политикам вплоть до угрозы смерти. Возрастают и случаи нападения с применением физического насилия.

«Власть обиженных»

Недавно депутат «Зеленых» в бундестаге Рената Кюнаст оригинальным и мужественным образом ответила на нападения в интернете. Она без приглашения появилась в доме оппонентов, адрес которых можно было узнать, и в лицо задал им вопрос: «Почему вы мне пишете такие подлости?» Интересно, что большинство пойманных таким образом отправителей после первого шока не обновили атаку, а скорее просили о понимании ситуации: не думал о Вас лично, ведь это нормально, у вас на кухне не так же говорится о недругах? В этом взгляде на дело обнаруживается не менее устрашающее равнодушие к достоинству другого человека, дефицит моральных ценностей у людей, которые, однако, с яростью настаивают на праве и справедливости, когда речь идет о их собственных убеждениях.
«Пламенное возмущение и праведный гнев» объединяют протестантов против глобализма и национализма, левых и правых, включая убийцев радикального исламизма, пишет автор статьи «Родственность душ» в «Шпигеле» (47/2016).
В престижной еженедельной газете «Die Zeit» (Время, 6 октября 2016) передовая статья посвящена удивительному феномему: «Власть обиженных». «Кто сегодня хочет обратить внимание на себя, должен выступить в роли обиженного», пишут авторы. Собралось пестрое общество обиженных и оскорбленных. Пегидистов оскорбляет уж сам факт появления иностранцев на улицах. Мусульмане обижены генеральным подозрением в терроризме. Немецкую женщину оскорбляет вид турецких и аравийских женщин под разными покровами. Указанная статья снабжена предостережением: «Внимание! Эта статья может затронуть чьи-то чувства».
Разумеется, все эти чувста имеют более или менее убедительные основания. Они в преувеличенной форме указывают на то, что мы живем в раздробленном обществе, в котором каждая группа живет своей жизнью и часто не имеет понятия о состоянии души своих соотечественников. Это наблюдается особенно во взаимных отношениях людей с университетскими дипломами и «простых» граждан, в терминах русской традиции разрыва между интеллигенцией и народом. Этот раскол выявился в президентских выборах в США, а именно в том, что интеллигентные американцы победу такого человека как Дональд Трамп считали не только недопустимой, но и просто невозможной. В «Шпигеле» (46/2016) на титульном листе изображена голова Трампа, которая как пламенная комета с бешеной скоростью мчится в сторону земли. Подпись гласила «конец света (как мы его знаем)». Такой же шок произвел результат референдума о Brexit’e в Англии.

Настал «постфактический век»

В Германии эти события действовали как своего рода «будильник» к размышлениям о состоянии общества, в частности они возбудили интересную дискуссию о «культуре дебатов». С одной стороны по праву с возмущением было отмечено начало «постфактического века», где ценность информации измеряется больше ne проверяемыми фактами, а только полезностью возбуждаемых ими эмоций. «Настало время догматиков, демагогов и глупцов», - пишет «Neue Zuericher Zeitung“ (22.08.2016). Одновременно наблюдатели с тем же правом указывают на то, что некоторые условия в области информации имеют отрицательное, даже разрушительное влияние на свободный обмен мнениями. «Кто свои известия получает через такие службы информации как Facebook, живет в мире, где все, что может мешать, устранено. Это прежде всего – другие мнения», пишет «Шпигель» (47/2016). Такой человек живет в какой-то «эхокамере», где стены отражают и размножают только то, что адресату нравится, возбуждает в нем приятные эмоции. В течение дискуссии многие участники, среди них и серьезно работающие журналисты, признали, что они иногда попадают в ловушку «confirmation bias“, т.е. склонности к автоматическому подтвержедению мнений, которых мы сами придерживаемся. Слышится даже мнение, что человек вообще по природе неспособен к разумной дискуссии, и особенно под крышей анонимности в интернете легко превращается в «идиота». В связи с этим приводится изречение Ницше: «Фактов нет, есть только мнения». Если дело дойдет до того, что мы все присоединимся к этому взгляду на вещи, настанет конец любой разумной коммуникации. Остаются только «жажда раздоров, придирчивость и раздражительность», которые потрясли идиллию «Волшебной горы».


Раздражение в России – не новость

А как обстоит дело с «раздражением» в России? Лично я должен признаться в том, что в последнее время при наблюдении политической жизни в Германии часто ловил себя на мысли: вот это настроение мне напоминает о России, это полное непонимание политического противника наряду с непреодолимым желанием его уничтожить любыми средствами. Разница только в том, что большинство в Германии либерально настроено, а меньшинство, новая патриотическая оппозиция, бунтует против господствующей «системы». В России роли распределены наоборот: Маленькая либеральная оппозиция бунтует против большинства лояльных и патриотически мыслящих соотечественников. Но манеры вести политические дебаты в обеих странах в последнее время заметно приблизились друг к другу. В России давно господствует та атмосфера всеобщего раздражения, которое тревожит жителей «Берггофа» в романе Томаса Манна. Она, по мнению многих отечественных социологов и психологов, является даже нормальным состоянием обшественной жизни, в чем каждый может убедиться,знакомясь с русским интернетом.
Следует, однако, отметить, что популистская оппозиция в Германии распоряжается всеми демократическими правами, чтобы продвинуть свои проекты, в то время как либеральная оппозиция в России имеет дело с авторитарным государством, включая судопроизводство. При этом меньшинство в своих рядах собирает большой интеллектуальный потенциал граждан с высшим образованием и креативными способностями. Таким образом часто возникает впечатление, что сталкиваются прогрессивная интеллектуальная элита и «толпа» отсталых «простых» граждан. В глазах последних речь идет, напротив, о столкновении «нормальных» граждан, любящих свою родину и поддерживающих политику правительства, и агентов Запада, пропагируюших чуждые «русской цивилизации» представления о свободе и демократии. Оба эти взгляда являются грубыми упрощениями и требуют объяснения.


«Голос народа» или «идиотизм»?

Попытаемся выяснить эту проблему на материале одного события 2015 года. Речь идет о суде над школьным учителем Александром Бывшевым, написавшим стихи в поддержку украинского патриотизма. Процесс проводился в Кромском районном суде Орловской области. Текст инкриминированного стихотворения не был предметом дела и приводился только в отрывках и интерпретациях свидетелей, коллег обвиняемого. Они все одинаково были убеждены, что политические взгляды и поведение в целом Бывшева заслуживают решительного осуждения. Один из них с возмущением говорил о «крайне либеральных взглядах» обвиняемого. На вопрос судьи, что такое либеральные взгляды, свидетель ответил: «Ну что у нас в стране означает слово ‚либеральный’? Под это понятие рядятся все русофобы». На следующий вопрос судьи, значит ли это, что, по его мнению, свобода и русофобство – это одно и то же, свидетель ответил утвердительно: «Ну фактически можно ставить знак равенства». Этот абсурдный разговор представляет наглядный пример того типа коммуникации, который обсуждается в приведенной выше дискуссии в Германии: каждый воспроизводит только то, что «в нашей стране» или «в нашей группе» все равно все знают, тут нечего спорить. Так работает «эхокамера».
Перейдем после этого на другую сторону баррикады, к одному из журналистов, который признает себя сторонником либерализма и с возмущением рассказывает об этом суде. В статье вдобавок приводится «скандал» вокруг выступления оренбургских школьниц, исполняющих будто бы непристойный танец «Пчелок», и история о «похищении» картины в Владимире, в котором обвинили помощника Алексея Навального. Смысл этой публикации в «Ежедневном журнале» (ej.ru, 15 апреля 2015) с достаточной ясностью выходит из заглавия: «Жизнь с идиотами». Оно повторяется в вариациях, все в таком же тоне отчаяния: «Страна победившего идиотизма на марше», «Фантазия умалишенных не знает границ» и т.п. Не скрываю, что во многом сочувствую автору статьи и его единомышленникам. Тем не менее возникает вопрос, в чем смысл таких выступлений, вызывающих только те же раздражение и агрессию, как бы подтверждающих упрек в русофобстве. Как можно содействовать реформам в стране, если большинство 143 миллионов жителей состоит из идиотов и умалишенных? В этом презрительном отношении к «тупой толпе», «быдлу» немало самодовольства и высокомерия, которые никому не помогают, а отравляют атмосферу в без того расколотом обществе. Нет сомнения, что в тоне отчаяния таких выступлений высказывается безнадежная ситуация оппозиции в стране, тем не менее ее представители таким образом практически объявляют отказ от участия в серьезной политической дискуссии о состоянии общества.
Подобные тенденции, увы, наблюдаются во многих анализах психологов и социологов из лагеря оппозиции. Автор статьи «На ком держится страна?» (Газета.ру, 22.03.2016) создает образ «нормального» россиянина по определению «среднего человека» в книге Ортега-и-Гассет «Восстание масс». Получается беспощадная карикатура представителя «стадности», тупого раба правительства, которого «сгоняют на `путинги`» и который «даже готов воевать за родину, но с пультом от телевизора и в домашних тапочках». Не менее уничижительным является образ какого-то абстрактного крестьянина в статье «Крестьянин торжествует», Газета.ру, 9.11.2015), наследника традиционной, крайне консервативной деревенской культуры, которая как будто узурпировала прогрессивную культуру города. Сторонники ее одобряют политику суровых запретов, фанатического патернализма и яростной ксенофобии.


Что делать?

Более серьзный подход к проблеме можно видеть в статье «Что не так с российской системой ценностей?» в информационном портале «Городские заметки» (GZT.ru, 11.07.2016). Цель автора не полемическое уничтожение какого-то неприятного ему типа, а призыв к размышлению о состоянии общества в целом, что подчеркивается употреблением местомения «мы». «Для чего мы живем?», - спрашивает автор своих читателей, и констатирует, что сегодня нет дискуссии об этом вопросе, фундаментальном в российской культуре и литературе. Отсутсвует разговор о новой этике по окончании авторитарной этики советского государства, которая учила своих граждан не столько честно жить, сколько честно умирать: «Жертва собой – экзистенциальный, индивидуальный акт, вынуждаемый крайными обстоятельствами, превращается в коллективную обязанность». Наряду с этой самоотверженностью советская школа жизни прививала человеку главным образом эмоции отрицательные: ненависть к внешним и внутренним врагам, неприятие других мировоззрений, вероисповеданий и альтернативных форм личной жизни, отказ от контактов с заграничным миром вне контроля государством и т.д. Многое из этого канона ценностей осталось в силе, в особенности чувство пребывания в осажденной со всех сторон крепости. То же чувство производит все новые и новые формы неприятия: мигрантов, либералов, геев, Украины, США, Запада и т.д. Растет и антикапитализм, причем недовольство с последствиями дикой вариации этой экономики нередко вступает в конфликт со ставшими милыми привычками жизни в потребительском обществе. «Нужно не отрицать капитализм, а бороться за его гуманизацию», заявляет автор. Выход из этой «фундаментальной негативности» автор видит исключительно в поощрении чувства ответственности у каждого человека и готовности участвовать в создании цивильного общества.
Такими же ценностями руководствуется автор статьи «Почему мы такие злые?» (информационный портал Subcribe.ru, Мир женщины, 1.02.2016), которая прямо относится к феномену раздражительности в обществе. Несмотря на провоцирующее заглавие это не обвинительный акт в адрес каких-нибудь групп или типов людей, а попытка описать реальное восприятие «воздуха» отечества самими гражданами. Автор статьи, психолог Людмила Петрановская, пользуется не только у оппозиции репутацией чуткого наблюдателя жизни в стране. В центре внимания автора – чувство агрессии, и это состояние души, по ее мнению, в России пронизывает не только сферу политики, но и ежедневную жизнь людей. В доказательство приводится атмосфера в интернете. Рунет полон текстов такого типа «Нет, ну вы только подумайте, какие все идиоты (сволочи, быдло, хамы)», отмечает автор. На каждый такой пост приходят сотни комментариев одного и того же содержания: «да, как меня тоже бесят эти уроды!» - или ответы в той же тональности «да сам ты урод». Поводом такой раздражительности , как правило, служит не мировое положение, а мелкие неприятности и личные антипатии: дети шумели в кафе, а родители не обращают внимания, девушки, по мнению наблюдателя, неприлично одетые или слушающие «неправильную» музыку и т.п. Но отсюда круг вызывающих агрессию индивидов и групп легко распространяется на всех, которые как-то «не наши», иные: обращением с религией, национальностью, сексуальной ориентацией, образованностью и, разумеется, политическими убеждениями. Тем не менее в основе всех этих, как будто любых поводов раздражительности, Петрановская видит одну общую причину. Люди, по ее мнению, компенсируют таким образом ежедневный опыт несвободы, бесправия в обществе, выстроенном «сверху вниз, по вертикали»: «Права и возможности не принадлежат людям по определению, их спускают сверху. Сколько и каких считают нужным». Это состояние общества иллюстрируется типичными эпизодами повседневной жизни, в частности обращением органов власти с гражданами. Милиционеры и чиновники «тебя ежеминутно `ставят на место`» и создают таким образом «постоянный фон дистресса», заявляет автор. Всякие попытки возмутиться, отказаться выполнить дурацкие требования и т.п. обречены на неуспех. Разлитая во всем обществе раздражительность объясняется психологически как неизбежное следствие этой ситуации: «Зло передается по кругу»: сверху вниз, например, в форме обругивании подчиненных, или «горизонтально», относительно всевозможных неприятных земляков и иностранцев. В конечном счете, агрессия обращается против самого себя, человек презирает себя за то, что не защитил себя, свою семью. Кончается этот мрачный сценарий призывом автора к новой культуре сопротивления, развитию способности «за себя постоять». Нужно вернуть себе ту потерянную «здоровую агрессию», которая обнаружилась на протестных митингах оппозиций в 2011-2012 годов. Толпа на этих мероприятиях, по наблюдениям автора, как ни странно, оказалось гораздо более дружелюбной, вежливой и веселой, «чем толпа в метро в час-пик».
В целом это выступление несмотря на освежающий юмор и неоспоримую зоркость многих наблюдений оставляет двойственное впечатление. Это относится в особенности к замечаниям автора об исключительно российском характере обуждаемого феномена. Спрашивается, действительно ли это так, что в Англии пожилую даму, которая переходит улицу в неположенном месте, поучают в крайнем случае поднятым пальцем и заботливым предостережением «Осторожнее!», в то время, как в России ее ждет в такой ситуации яростный крик: «Куда прешь, старая карга!»? В комментариях читателей к статье так и последовал на это вполне предсказуемый в рунете раздражительный ответ некой Violet-Lady: «Ой, да ладно. Опять у нас все идиоты, а на Западе паиньки. Вот сейчас эти паиньки стоят и совершенно без агрессии смотрят, как их женщин насилуют беженцы. Ну правда, зачем проявлять агрессию – это же так некрасиво». Автор этих строк, к своему сожалению, вынужден в известной мере оправдать праведный гнев названной дамы. И на Западе люди умеют злиться на все и всех. Во времена больших перемен раздражительность оказывается «глобальной» болезнью, особенно у яростных противников всякой глобализации.

Поздравляю посетителей блога «Неизвестный Горький» с Новым 2017 годом, в котором ждет нас столетие самого раздражительного события прошлого века, большой революции, которая официально больше не называется Великой. Федор Достоевский в романе «Бесы» предвещал это событие словами: «... было у нас всеобщее раздражение, что-то неутомимо злобное». И Максим Горький в своем прощальном романе «Жизнь Клима Самгина» подтвердил этот диагноз процитированными в эпиграфе к этой записи словами: «Власть идей, очевидно, кончилась, настала очередь возмущенных чувств...». Надеемся все-таки, что наступивший Новый год нам принесет, кроме продолжения большого раздражения, и счастливых переживаний, в том числе большего контроля над своими чувствами агрессии.

Категория: Россия и россияние - самоидентификация

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Комментарии можно оставлять через функцию КОНТАКТ.

Der unbekannte GorkiМаксим Горький

netceleration!

Начало страницы